Ольга Плешанова, Коммерсант, 18.02.2009

Вчера на сайте Страсбургского суда появился полный текст решения по корпоративному делу ЮКОСа от 29 января. Из него стало понятно, какую именно часть жалобы компании суд признал приемлемой для рассмотрения по существу и какими были аргументы участников процесса. Решение изложено на 80 страницах, из которых около 60 занимает история преследования ЮКОСа. Она началась в 2003 году с налоговой проверки за 2000 год, проведенной Министерством по налогам и сборам. Решением налоговиков от 14 апреля 2004 года компании было предъявлено около 99,4 млрд руб. налоговых претензий, а уже 15 апреля арбитражный суд Москвы наложил запрет на распоряжение активами ЮКОСа. Похожие налоговые претензии были предъявлены также за 2001-2003 годы. Для взыскания налогов 19 декабря 2004 года был принудительно продан с торгов основной актив ЮКОСа — 76,79% акций ОАО "Юганскнефтегаз". Пакет купило за 260,75 млрд руб. (стартовая цена составляла 246,75 млрд руб.) некое ООО "Байкал Финанс Групп", которое сразу после торгов было куплено госкомпанией "Роснефть". В марте 2006 года по инициативе иностранных банков—кредиторов ЮКОСа был инициирован процесс его банкротства. Сумма налоговых претензий, включенных в реестр требований кредиторов компании, составила около 430 млрд руб. Решение о ликвидации ЮКОСа было вынесено 12 ноября 2007 года, и уже 21 ноября компания была исключена из госреестра юридических лиц.

Жалоба ЮКОСа, поданная его лондонским адвокатом Пирсом Гарднером, поступила в Страсбургский суд 23 апреля 2004 года. ЮКОС ссылался на то, что при рассмотрении налоговых дел было нарушено право на справедливое судебное разбирательство, предусмотренное ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года. В частности, ЮКОС считал, что налоговые дела должен был рассматривать суд в Нефтеюганске, где была зарегистрирована компания, а не в Москве. Кроме того, ЮКОС заявил о нарушении права на защиту собственности, предусмотренного протоколом N 1 к конвенции. "Налоговые решения за 2000-2003 годы были произвольными, незаконными и несоразмерными, поскольку их вероятным результатом было разрушение компании",— говорилось в жалобе.

По мнению ЮКОСа, целью исполнительного производства (особенно продажи акций "Юганскнефтегаза") было "помешать компании выплатить свои долги". Еще одним важным доводом ЮКОСа было то, что к компании, использовавшей распространенную схему оптимизации налогов, были применены удвоенные налоговые штрафы.

Страсбургский суд в основном согласился с доводами ЮКОСа. Его жалоба признана приемлемой в части принудительного исполнения налоговых решений, включая продажу "Юганскнефтегаза", а также в части удвоенных налоговых штрафов. Возможное нарушение права ЮКОСа на справедливое судебное разбирательство Страсбургский суд увидел в том, что ЮКОС вовремя не смог получить и, соответственно, обжаловать решение суда о взыскании налогов, что привело к немедленному исполнению этого решения. Более мелкие эпизоды, когда, например, российский суд прерывал речи адвокатов ЮКОСа, Страсбургский суд рассматривать по существу отказался.
[...]
Проигрышем российского правительства, которое в этом процессе представляют Павел Лаптев и Вероника Милинчук (оба бывшие представители России в Страсбургском суде), стало то, что суд в решении признал адвоката Пирса Гарднера "действительным представителем компании-заявителя". Российская сторона настаивала, что представлять ЮКОС полномочен только его бывший конкурсный управляющий Эдуард Ребгун. Кроме того, суд отверг требование правительства России прекратить дело в связи с ликвидацией ЮКОСа. Страсбургский суд решил, что прекращение дела, начатого в период существования компании, "стимулировало бы правительства лишать такие компании возможности отстаивать свои обращения, поданные в период, когда они были действующими".
[...]

---

Текст опубликованного решения Европейского суда по правам человека можно прочесть здесь (на англ.)