<...>
Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Дмитрия. Здравствуйте.

Слушатель: Добрый вечер. Вы знаете, я с Михаилом Ходорковским согласен по всем четырем пунктам, которые у него были в последней статье. Но я не хотел бы, чтобы пришли к власти коммунисты.

И у меня к вам еще такой вопрос. Получили мы вчера пенсию, и нам добавили к этой пенсии 57 рублей по закону номер 122. А депутаты сколько себе добавили?

Владимир Кара-Мурза: Это из той же серии. Кстати, в понедельничной публикации «Левый поворот», там обсуждался 122-ой закон.
<…>
Владимир Кара-Мурза: Слушаем Людмилу, радиослушательницу из Петербурга. Добрый вечер.

Слушатель: Здравствуйте. Мне бы хотелось узнать, поскольку уж Ходорковский сейчас стал писать, вот по поводу инфляции, о которой люди сказали, что добавили только 57 рублей к пенсии. Это позор, конечно. Это стыд и позор перед людьми. Каково мнение Ходорковского по поводу инфляции? Ведь что-то надо делать. Может быть, и допустить какую-то инфляцию, может быть, с ней надо работать. Может быть, это естественный процесс. Что ж мы его сдерживаем-то?! Может быть, она позволит структурировать экономику. У нас сейчас пирамида от бюджета. Что-то в бюджете изменится – и все это повалится.

Ирина Ясина: Вы знаете, вот должна вам, к сожалению, сказать, что инфляция – это самое плохое, что может быть в экономике. И потому плохое, что касается не просто каких-то отдельных групп населения – самых богатых или самых обеспеченных, а она касается ровно всех. В большей степени даже она ударяет по тем, у кого фиксированные доходы, то есть по врачам, учителям, студентам, военнослужащим, потому что это налог на бедных. Инфляция вынимает из каждого рубля свои копейки: каждый рубль, каждый день – обязательно. Поэтому ни в коем случае ничего она не реструктурирует. И должна вам сказать, что экономическая политика, если бы на нее не давили силовые структуры, если бы не вмешивались «кремлевские мечтатели» в нее, экономическая политика сейчас достаточно грамотная. Просто удушили инициативу, запугали предпринимателей. Вспомните, как все росло в 2003 году, - вот об этом нам теперь только мечтать остается.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем Сергея из Петербурга.

Слушатель: Доброй ночи. Вы знаете, меня уже как-то забавляет вот это обсуждение. Вот человек импровизирует, пытается выжить в этой тюрьме. И я думаю, что просто как-то плохо вы представляете, как происходит выход этой литературы. Это очень сложно. Он не сам пишет. Во-первых, он не имеет доступа к информации. И потом, я думаю, поддержать его, конечно, надо. Он мне глубоко симпатичен. Но вот обсуждать его Радио Свобода будет... очередное письмо – и можно каждый вечер крутить обсуждение этих писем.

Владимир Кара-Мурза: Ну, мы поддерживаем высокий градус общественного внимания к делу ЮКОСа, это не секрет.

Но вот, действительно, Михаил Борисович разве так наглухо отгорожен от информации с воли?

Ирина Ясина: Нет. У него есть газеты, у него есть телевидение. Ну, правда, наше телевидение, оно мало что дает. Сейчас даже между строк читать нечего. Помните, как программу «Время» мы смотрели еще в советские времена: вот там как-то чего-то сказал - и думаем, колдуем. А сейчас все просто и понятно. Кириенко размашисто крестится на православной ярмарке, ну и другие картинки веселые.

Нет, он не отрезан от информации, у него есть что анализировать.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем Юрия Владимировича из города Волжского. Здравствуйте.

Слушатель: Добрый вечер. Я, к сожалению, этой статьи не читал. Но то, что Ходорковский – это политзаключенный, для меня это факт. Но это довольно известный политзаключенный, и властям, скажем, затруднительно заставить его замолчать.

Владимир Кара-Мурза: Главный редактор газеты «Завтра» Александр Проханов считает, что регулярные письма Ходорковского из тюрьмы уже стали особым литературным жанром.

Александр Проханов: Это не просто раздумья узника, это послания обществу, которые должны обществу сказать, что он, Ходорковский, находясь в тюрьме, бодр, энергичен, непредсказуем, что он в центре политических процедур. Следующим его выбросом он провозгласит тезис национально-освободительной войны. Вот такой манифест, апеллирующий, повторяю, ко всему народу в целом – и к олигархам, и к бомжам, и к православным, и к буддистам, и к мусульманам, и к левым, радикальным коммунистам, типа Лимонова, а также к правым, националистам самого крайнего толка, типа пресловутых скинхедов, - вот такой манифест, я прогнозирую, я ожидаю, что в скором времени он прозвучит из «Матросской тишины».

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос от москвича Андрея. Здравствуйте.

Слушатель: Добрый вечер. У меня лично такое разочарование возникло от этих писем Ходорковского, несмотря на то, что я даже ходил на митинги к Соловецкому камню в его защиту. Но раньше, когда он еще был на свободе, то я его воспринимал как человека, который создает какой-то положительный имидж бизнесу, примерно как дореволюционные наши меценаты. То, что он поддерживал РГГУ, компьютерные классы создавал, на телевидении очень продуманные интервью давал. А когда пошли вот эти письма, то у меня такое впечатление, что вот человека заломали... Вот когда в такую же ситуацию попал Лимонов, то, наоборот, чувствуется, что это боец, которого тюрьма ничуть не сломала, а только закалила.

Владимир Кара-Мурза: Как вы считаете, Ирина?

Ирина Ясина: Я не считаю, что Ходорковского тюрьма сломала. Другой вопрос, что, может быть, он не такой «отморозок», как Лимонов. Но только люди все разные, что ж в этом плохого. Нет, нисколько не сломала, конечно. И то, что он думает обо всем, что с нами происходит, это как раз говорит о том, что позиция его отнюдь не соглашательская.
И был вопрос о компромиссах, какой-то разговор, что, может быть, он там отрицает компромиссы. Ну, какие компромиссы с той властью, которая отобрала у него собственность, бросила его в тюрьму, держит в тюрьме?! Вот ту же Светлану Бахмину, 35 лет, двое маленьких детей... Понимаете, и вот эти все Шредеры, Буши и Блэры пожимают нашему Путину руку. Ну, неприлично просто, понимаете, стыдно.

Владимир Кара-Мурза: Александр Осовцов, директор программ Фонда «Открытая Россия», считает, что Ходорковский уже стал политической фигурой на ближайшие годы.

Александр Осовцов: Ходорковский уже превратился в реального российского политика. Об этом, собственно, и социология свидетельствует. Ведь 9 лет, которые ему дали, - это, в общем, символ. Потому что довольно понятно, что при нынешней власти он будет сидеть, а сколько это продлится, будет зависеть от того, сколько простоит эта власть и, конечно, на какую она сменится.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвичку Валентину. Добрый вечер.

Слушатель: Здравствуйте. Михаил был комсомольским секретарем, видимо, поэтому он написал вот эту статью. И другое хочется сказать. Ведь Валерий Павлинович тоже возглавлял в Южном округе Комитет КПСС, и послан сейчас на очень ответственную работу. У нас губернаторы-коммунисты прекрасно работают. Вот Ишаева президент на второй срок оставил работать, это в Хабаровске. Прекрасный город. Были там, ночью спокойно ходили. И фонтаны, и все. В Челябинске коммунист Сумин прекрасно работает.

Владимир Кара-Мурза: Валентина, наверное, имеет в виду, что Михаил Борисович не зря выражает симпатию к коммунистам, что это прекрасные работники, но это в духе той публикации, которая была в понедельник. И, кстати, о комсомольском прошлом. По-моему, Михаил Борисович не отрекается от него?

Ирина Ясина: А что ж отрекаться-то? Мы все были в комсомоле. Вы были? И я была. Но вот в партию вступить не успели. А было бы времени побольше – и вступили бы. Потому что я, например, заканчивала экономический факультет МГУ и должна была стать преподавателем политэкономии.

Владимир Кара-Мурза: Социализма?

Ирина Ясина: Социализма. Да и капитализма. Какая разница? Все была марксистская политэкономия. А туда непартийных не брали. Поэтому если хочешь работать по специальности, будь добр, вступай в партию. Ну, не успела – не брали быстро. В первый призыв не пошла, потому что не занималась общественной работой.

А Ходорковский успел попасть туда, куда попал – в этот самый райком комсомола. И что в этом плохого?.. Куча хороших людей прошли через это. И из нынешних предпринимателей, если посмотреть, наверное, первая волна самых-самых организованных, самых активных, они все были комсомольцами, и ничего плохого нет.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Артура. Здравствуйте.

Слушатель: Добрый вечер. Вы знаете, Ирина, чем больше я смотрю и слушаю о Михаиле Борисовиче, тем больше убеждаюсь, что он идет по пути, как это ни странно, христианского святого. Ему даются испытания, и эти испытания человек должен выдержать. И я верю, что он это выдержит, потому что он человек, я считаю, великий.
И во-вторых, вы знаете, то, что он говорит о левых, это, конечно, красиво все, только я считаю, что левые идеи доведут страну до ручки. Потому что в России надо возрождать, или даже закреплять христианскую идею. И я надеюсь, что все-таки либералы додумаются до того, чтобы создать партию, типа ХДС/ХСС. Потому что христианство нужно именно как корень, и я считаю, что именно в западном стиле. Православие себя в России уже выработало.

Владимир Кара-Мурза: Кстати, вот в сегодняшнем интервью не прозвучало никаких политических манифестов. Как вы считаете, не торопится Михаил Борисович ни с кем себя связывать просто, ассоциировать ни с какой политической силой?

Ирина Ясина: Сложно сказать. Вы видите, он говорит о левом повороте, в общем, вполне и глубоко проанализировав эту тему. Он понимает, что та раздробленность на правом фланге, которую мы все наблюдаем, и от которой нам всем грустно и плохо, она, в общем, до добра не доведет. И поддерживать какую-то бы то ни было правую силу сейчас, вот эту неконсолидированную, ну, не просто неразумно, а еще и из пушки по воробьям, так скажем.

Ну, трудно мне судить, чего ждет он или просто не нравится ему никто, или он себя видит в каком-то качестве. Если видит – узнаем. Раньше трудно судить.
<…>