Очередная программная статья Михаила Ходорковского, появившаяся на прошлой неделе, обещает России "левый поворот" и коммунистов в правительстве .

Игорь Юргенс, первый вице-президент инвестиционной компании "Ренессанс Капитал", вице-президент РСПП:
- Я не готов, так как еще не завершен план модернизации страны. Поворот налево должен осуществляться тогда, когда есть возможность в равной степени свернуть направо. Если такой возможности нет, значит, это прямой путь в тупик.

Олег Чиркунов, губернатор Пермской области:
- "Налево-направо", особенно в России,-- сложное понятие, и каждый вкладывает в него свой смысл. Мы шли по "своему пути" 70 лет и ничего хорошего в экономике не изобрели. Новые повороты и эксперименты тоже ничего не принесут, экономика должна развиваться по либеральному пути.

Андрей Костин, президент Внешторгбанка:
- Нет и никогда не был готов, в отличие от Михаила Борисовича. И не могу предположить, с чем связано его решение повернуть налево.

Геннадий Семигин, депутат Госдумы, лидер партии "Патриоты России":
- А мы и так всегда шли левопатриотическим курсом. Мы уверены, что только с этих позиций можно решить социально-экономические проблемы страны.

Дмитрий Зимин, почетный президент компании "Вымпелком":
- Категорически нет. Для меня понятие "левый" -- это усиление потребительских функций чиновника. И коль скоро сейчас встает вопрос о левизне России, то это признак серьезной болезни страны.

Ирина Хакамада, лидер партии "Наш выбор":
- Готова, поэтому и вышла из СПС. Недаром Ходорковский в своем письме назвал меня, Явлинского и Рыжкова левыми либералами. У меня давно созрел социально-демократический проект, учитывающий интересы большинства людей. При таких ценах на нефть надо не только строить демократию, но и возрождать понятие социальной справедливости.

Борис Немцов, председатель совета директоров концерна "Нефтяной":
- Идти налево я не собираюсь. Хотя, исходя из конъюнктурных соображений, сейчас самое время пойти в сторону лукашизма и левого популизма. Но потом за это будет стыдно смотреть в глаза своим родным и всему народу. Левый популизм смертельно опасен для России. Хотя у нас и левая страна, но единственный путь спасения -- в проведении правых реформ.

Фархад Ахмедов, член Совета федерации, бывший президент компании "Нортгаз":
- Никогда. Ходорковский в 1996 и 1999 годах уже ставил одну ногу налево, заигрывая с коммунистами, а сам шел направо. У нас не будет левого переворота -- сейчас нет шахтеров и учителей, которые годами не получают зарплату. Да и в советские времена большинство коммунистов были правыми. Ходорковский оторван от действительности.

Алексис Родзянко, председатель правления Дойче банка (Москва):
- Мне бы не хотелось возврата в СССР. Думаю, что нищета России -- это результат революции, а не последних десяти лет. В письме Ходорковского есть логика. Мне кажется, он пытается предсказать результат следующих выборов и дает совет Владимиру Путину не идти на третий срок. Путин, видимо, и сам так думает.

Сергей Доренко, тележурналист, член КПРФ:
- Поворот уже состоялся, страна давно идет налево. В 2003 году Госдума шла под левыми лозунгами, а в 2004 -м под ними шел президент. Фишка в том, что Путин всегда идет под антипутинскими лозунгами. В этом его сущность, и люди на это ведутся. Путин -- политик номер один благодаря креслу, а Ходорковский -- политик номер два не только благодаря нарам.

Юрий Жданов, руководитель Федерального агентства по управлению экономическими зонами:
- А зачем? Меня устраивают условия, которые есть сейчас. И я пойду за теми, кто придет к власти законно.

Сергей Глазьев, депутат Госдумы:
- Я уже давно убежден, что самое лучшее -- левая, пронародная политика. Если конструктивные оппозиционеры -- коалиция "Патриоты России", партия "Родина", правая часть компартии, аграрии и движение "За достойную жизнь" -- объединятся, я уверен, что в 2008 году победа будет за ними. Лидерам оппозиции стоит на время забыть об эмоциях и вместе идти к избавлению от олигархо-бюрократического строя, вперед, к социальному государству.

Джульетто Кьеза, итальянский журналист, бывший коммунист:
- Прогноз Ходорковского -- это просто трюк. Думаю, он и сам в это не верит. Никакого поворота не будет ни в России, ни где-то в мире. Я не знаю, какие силы в России сейчас можно назвать левыми. Никакое это не предупреждение власти и не симпатия к левым, Ходорковский просто играет в политику. Ведь капитализм Путина недалек от капитализма Ходорковского.

Алексей Кондауров, депутат Госдумы (фракция КПРФ), бывший глава аналитического управления ЮКОСа:
- А я уже давно слева, и даже готов возглавить это движение. Перед прошлыми парламентскими выборами я говорил Михаилу Борисовичу, что иду в связке с коммунистами, и он знал о моих левых убеждениях. И для меня его письмо о левом повороте не стало неожиданностью. Я еще год назад говорил, что Ходорковский может двинуться в "левизну". По сути он -- социал-демократ западного толка.
Владимир Рыжков, независимый депутат Госдумы. Мне никуда поворачивать не надо, я буду идти своей дорогой. То, к чему призывает Ходорковский, всегда составляло суть моего мировоззрения, так как его идеи перекликаются с программой нашей Республиканской партии. У него те же приоритеты: свобода и справедливость. Нельзя строить прочную страну на бюрократических штыках и на хищническом капитализме. В этом плане поворот необходим.

Василий Якеменко, федеральный комиссар движения "Наши":
- Я не готов. За демократию и свободу мы отдали 140 миллионов человек, 14 республик, пол-Европы и Варшавский договор. Разрушена экономика, потерян престиж России в мире, и самое главное -- представление людей о России как о великой стране и о себе как о великом народе. Допустить поворот налево -- признать бессмысленность всех этих потерь.

Николай Шмелев, академик РАН:
- Да, этот поворот неизбежен. Причем вне зависимости от того, откуда исходит призывающий голос: из-за решетки или из кабинета власти. Ходорковский правильно чувствует тенденцию. Вопрос, насколько резко повернем. До крайности, как предлагают коммунисты, или как выбрала Россия 15 лет назад -- поворот к социально-ориентированному государству. Рынок должен сохраниться, но и социальный аспект хозяйства обязателен.

Леонид Ивашов, вице-президент Академии геополитических проблем:
- Да, если он будет исходить из традиций нашей страны. Копировать западные модели -- ошибка, нам необходим поворот в свою, российскую колею. А Ходорковский в глазах многих людей выглядит преступником и таким образом хочет себя реабилитировать. В заключении у него достаточно времени подумать над судьбой государства.

Алексей Венедиктов, главный редактор радиостанции "Эхо Москвы":
- Нет, так как безопасность и благосостояние находятся справа. Но страна уже давно идет левым путем, особенно последние три года. Политика Владимира Владимировича и его команды направлена отнюдь не на развитие либерализма, а на развитие патерналистического левосоциалистического общества, где главную роль играет государство, а не человек. И пора бы уже свернуть на столбовую дорогу цивилизации.

Сергей Митрохин, заместитель председателя партии "Яблоко":
- Нам этого не требуется, "Яблоко" никогда не было правой партией. Ходорковский пришел к мысли, на которой строится наша программа: правая идея в чистом виде в России -- это утопия. Опыт построения в России ультраправой экономики кончился очень неудачно, особенно для него. За решеткой он максимально свободен от групп давления и обязательств, поэтому выстрадал эту идею и пишет то, что думает.

Сергей Станкевич, председатель правления Международной трастовой компании:
- Пока Путин и его команда не взмахнут жезлом, никто никуда не повернет. У нас в политике жестко регулируемое движение, и регулировщики четко машут -- кому направо, кому налево. К тому же в дорожном движении, чтобы повернуть налево, надо пропустить огромное число машин, идущих впереди. Но если огромная материальная пропасть между элитой и остальными сохранится, то народ может наплевать на правила и напролом пойти налево.

Владимир Гусаров, председатель совета директоров банка "Держава":
- "Пойдешь налево -- придешь направо". Так в свое время Владимир Ильич Ленин говорил Карлу Каутскому, так оно впоследствии и вышло.